Настя чувствовала себя в полной безопасности, ей было легко и спокойно рядом с надежным и любящим мужчиной. А разве нужен кто-то еще молодой, неискушенной девушке? И разве нельзя уже сейчас с]легким сердцем подумать об их будущей совместной жизни? Как хорошо, что у нее есть деньги и они смогут жить безбедно, ни от кого не зависеть и надеяться только на собственные силы! Фаддей непременно согласится сопровождать ее в экспедицию. И теперь уже вдвоем они обнаружат то загадочное месторождение, те сокровища, которые отняли жизнь у ее отца…
На дереве резко закричала потревоженная сойка. Молодые люди вздрогнули и отодвинулись друг от друга. Солнце потихоньку перевалило через зенит и постепенно скатывалось к верхушкам деревьев.
— Нужно спешить! — прошептал ей на ухо любимый. — Иначе придется ночевать посреди поля. — Он прикрикнул на лошадей, и коляска тронулась с места.
Настя засмеялась и приникла к самому дорогому для нее человеку. Их руки вновь переплелись. Фаддей ласково коснулся ее лба губами, и Настя опять задремала на его плече. И на этот раз ей приснился огромный луг, усыпанный ромашками и желтой льнянкой, по которому они с Фаддеем, взявшись за руки, спешат навстречу солнцу, встающему над горизонтом. А чуть впереди идут мама и отец, на плече которого восседает, как принцесса на троне, крошечная девочка с зелеными глазами…
Глава 10
Первым делом по приезде в город Настя и Фаддей побывали в небольшом магазинчике верхнего платья, в котором нашли все необходимое, потом отыскали обувную лавку и купили Насте легкие башмачки на кожаной подошве. Ее нарядные туфли развалились с первых шагов по булыжной мостовой городка. Потом они выехали на окраину города и переоделись в густых зарослях на берегу реки.
Пока Настя возилась со своими многочисленными одежками, Сергей спустился к самой кромке берега, разулся и вошел в реку. Теплая желтоватая вода ласково обняла его лодыжки. Возле берега она светлая, все камни на дне видны. А дальше, к середине реки, — темная, глубокая. Но это не везде. Есть и такие места, где внезапно выходит из-под воды остров-коса. Сергей вспомнил сказку, которую в детстве любила рассказывать ему няня… Темной июньской ночью блеснет над рекой молния, ударит гром, и усеет черт такую вот косу своими пальцами. Надо эти пальцы собрать, зарыть на Лысой горе, потом притаиться и ждать. В полночь прилетит черт за своими пальцами. Вот тогда и проси у него один глаз в обмен на пальцы. Рассвирепеет черт: не хочется ему делиться, но тут вновь ударит с неба молния, пора черту пальцы разбрасывать… И отдаст он тебе свой глаз как миленький, и вдень ты его в колечко, и носи всегда при себе, потому как он все беды отгонит, желания исполнит, счастливым поможет стать. Сергей вздохнул, сейчас даже всесильный чертов глаз не в состоянии был бы ему помочь!
Он сполоснул ноги и, осторожно ступая босыми ногами по теплым, нагретым солнцем камням, прошел по берегу и присел на принесенный половодьем, выбеленный солнцем обломок тополя. Ласточки-береговушки проносились над головой, почти задевая его крыльями. Теплый воздух струился над камнями, речная вода набегала на берег и с тихим шорохом откатывалась назад. Давно Сергею не было так хорошо. Там, наверху, его дожидалась прекрасная девушка, которой он был не безразличен. Сегодня он понял это окончательно. И сейчас, в эти минуты одиночества, Сергею предстояло разобраться, какие чувства он испытывает к ней. Все его первоначальные намерения увезти Настю сначала в Москву, а потом в Петербург, чтобы устроить этот идиотский скандал, подверглись серьезным сомнениям и уже не были столь решительными.
Но что в нем изменилось? Он, знаменитый покоритель женских сердец, и вдруг такие метания! Разве не ему приписывает молва чрезмерный опыт именно в подобных занятиях? Не его ли объявили чуть ли не чемпионом по части обольщения женщин, и юных барышень в особенности? Тогда почему желание обнять Настю, поцеловать ее становится все сильнее и сильнее его возмущения, занимает все его мысли, разрушая так хорошо задуманный и замечательно простой план? Почему мысли о женитьбе на ней все чаще и чаще посещают его? К тому же он уже начинает задумываться, как лучшим образом организовать будущую экспедицию в тайгу. В ее обществе ему легко и спокойно. Она не прибегала к каким-либо уловкам, чтобы вызвать интерес к себе, не делала никаких попыток завоевать его; она была сама естественность. Именно о такой девушке он мечтал — простой, милой, умной и в то же время необыкновенно очаровательной! Девушка его мечты, с которой он хотел бы прожить всю жизнь, но не знал, как найти теперь достойный выход из той недостойной ситуации, виновником которой оказался он сам.
Сверху раздался голос Насти. Она звала его, и Сергей, так и не найдя решения проблемы, быстро вбежал вверх по откосу, поросшему густым и колючим терновником.
Девушка дожидалась его у коляски. Теперь они оба выглядели более или менее прилично, Сергея только смущала щетина на щеках. Она была гораздо темнее, чем волосы, и это придавало ему вид опереточного злодея. Именно таких постояльцев очень быстро берут на заметку в провинциальных гостиницах и тут же доносят в полицейский участок о появлении подозрительного жильца. А Сергею в нынешней ситуации совсем не хотелось обращать на себя внимание ни хозяина гостиницы, ни простых обывателей, ни полицейских тем более.
К сожалению, на дверях единственной в городе парикмахерской висело объявление: «Нахожусь на временном отдыхе». Словоохотливый дворник из соседней подворотни пояснил, что на самом деле парикмахер в очередном запое и ближайшие полмесяца горожане будут ходить небритые, нестриженые и не освеженные одеколоном «Марсель».
Гостиницу они обнаружили сразу недалеко от въезда в город. Но, опасаясь встретить в ней кого-либо из знакомых, соседей по имению, а возможно, и преследователей, беглецы решили до вечера провести время в городе. Большой воскресный базар подходил для этих целей как нельзя лучше.
Здесь продавали свежую и соленую рыбу, ситные хлебцы и баранки, яйца и живую птицу. Над берестяными туесами с медом роились пчелы и осы. Словно прокаленные солнцем, баштанщики наперебой хватали проходящих мимо покупателей за руки, уговаривали купить самые лучшие астраханские, самарские, саратовские арбузы и дыни. И везде, на всех прилавках, громоздились, грудились, лежали целые горы помидоров, огурцов, яблок, груш, винограда: черного, темно-синего, желтого, розового, бледно-зеленого. В молочных рядах, где торговали варенцом, ряженкой, молоком, сметаной, торговки к концу дня почти все поголовно охрипли, зазывая к себе дачников и их кухарок.
